Скромность Вандеи

Путешествие в сердце Франции на годовщину самой модной обувной тенденции. Вел беседу Винсен Пуана

«Он это я, и я это он»…
и не важно кто из них, Ги или Ивон произнес эти слова,
так как вот уже почти тридцать лет, братья Ротюро
создают свою индивидуальность вместе.
По случаю двадцати пятилетия марки Фри Ланс,
журнал Ситизен Кей посетил их вандейскую резиденцию
ла Гобретиер, где братья придумывают и
создают очень «от – обувь - тюр», как они сами ее называют!


Ситизен Кей Интернешнл: Когда вы дебютировали в обувном деле?
Ивон: В 13 лет. Наш отец держал обувную мастерскую, и мы заменяли его либо во время каникул, либо работали вместо отсутствующих. Позже, я получил экономическое образование, в то время как Ги получал техническое образование. Для нас было очевидным, что семейное производство перейдет в наши руки. Мы начинали с выпуска детской обуви, создав марку Пом д’Апи, позже появились идеи женской обуви, именно так возникла марка Фри Ланс.
СКИ: Ваш отец создавал мужскую обувь… Почему вы начали с детской, женской и спортивной и только потом пришли к созданию мужской обуви?
Ивон: Мужские привычки самые устойчивые и это делает рынок мужской обуви необычайно сложным. До нынешнего момента мы использовали такие бренды, как Пом д’Апи, Фри Ланс, Но Нэйм или Спринг Кур. Но с появлением марки Жан-Батист Ротюро наше дело обрело свое истинное лицо. Имя нашего прадеда возникло не случайно. Именно он в 1870 году стал сапожником в ла Гобретиер . Так и было положено начало…
СКИ: Вы никогда не думали обосноваться в Париже?
Ги: Нет, никогда. Для работы, Вандея-это идеальное место. У нас много времени и никто нас не отвлекает. Мы редко ходим куда-нибудь (мы редко появляемся на публике). Существуют люди, о которых говорят, когда они и не сделали ничего особенного!
СКИ: Вас это не смущает?
Ивон: Нет, но пресса часто забывает о том, что мы наследники настоящего ноу-хау и изначально у нас множество инноваций….
СКИ: Чем вы отличаетесь от ваших конкурентов?
Ги: Мы создаем обувь, в которой наши клиенты будут чувствовать себя всегда молодыми, а не походить на своих бабушек. Другие же заботятся о переделывании винтажа «нё-нё» с помощью всяких бантов и изысков. Мы это- рок’н ролл!
СКИ: Вы говорите, что ваша обувь не похожа на итальянскую. Чем?
Ги: Если существуют разные сорта вин, то существуют и разные нюансы их изготовления…Для меня сейчас вся обувь люкс «разлита» из одной «венецианской бочки». Тогда как «рука» Ротюро видна по-настоящему. Толщина каблуков и носков, наш способ подборки подошвы, а также техника формования сапог – все это является нашими фирменными знаками.
СКИ: Какой была первой модель обуви марки Фри Ланс?
Ивон: Туфли на низкой подошве на шнурках, а ля «велосипедистка».
Ги: Наш прорыв в женской обуви был ознаменован первой коллекцией Нью Классик 80х годов.
СКИ: Вы работали с Жан Полем Готье. Какова природа вашего сотрудничества?
Ивон: Это долгая история. Мы сотрудничали с Жан Полем на разных этапах его творческого пути. Мы работали с ним как на его дебютах, так и для показов от кутюр. Это колоссальная работа. Неделями мы работаем над одной моделью обуви и, за три дня до показа он заставляет нас поменять всё!
СКИ: Вы также делаете обувь для Мадонны…
Ги: Да, и для многих других…
Разница в том, что звезды становятся нашими клиентами, тогда как другим они платят деньги за то, чтобы у них болели ноги!
СКИ: У вас есть духовный наставник в области стиля?
Ивон: Ги и я, скептически относимся к понятию духовного наставника. Однако модный дом Шарль Журдан в 70 годах определил нашу тенденцию в сфере креативной энергии.
СКИ: Вас не беспокоит то, что недавно случилось с этой маркой?
Ивон: Не очень. Наши дела обстоят довольно неплохо, даже если, в глобальном смысле состояние рынка обуви люкс можно назвать тяжелым. Сейчас все дома мод «от кутюр» предлагают свою линию обуви. Предложение увеличилось и для того, чтобы остаться на плаву, просто необходимо сохранять свою уникальность. Уникальность Журдан потерялась среди удачных сделок…
СКИ: Скажите, для вас оставаться верными, это значит ни за что не отходить от линии Фри Ланс?
Ивон: Некоторые модельеры прет-а-порте предлагали золотые горы, чтобы мы это сделали. Мы отказываемся. Конечно же, мы идем против течения современного маркетинга, но для нас в слове «отходить» скрыто «уход».
СКИ: Как вы оцените эти 25 лет вашей работы?
Ги: Даже очень ничего! С каждым сезоном наше производство улучшается ни без помощи специалистов, работающих с нами. Здесь их роль является определяющей. Какими бы не были машины и их реклама, из-под них время от времени выходит бракованная обувь. Ничто не заменит опытного глаза человека…
СКИ: Каким вы видите будущее Фри Ланс?
ГИ: У нас нет времени задавать себе этот вопрос. Люкс это как Формула 1 если вы замедлите ход, то вы вылетаете из гонки.
Ивон: Самое важное и самое трудное это не потерять желание, когда дела замедляются. Мы это знаем, это циклично. В такие периоды нужно крепко стоять на ногах, а не смотреть по сторонам как там делают другие. Наше преимущество состоит в том, что мы остаемся экономически независимыми благодаря другим нашим маркам.
СКИ: Из чего будет сделана ваша 25 коллекция обуви весна- лето?
Ги: Основная линия - это обувь рок-н- ролл, а также обувь в стиле «вестерн» потертая и немного побитая. Мы развили тему «шорник», а также тему окрещенную «сад бахромы» в разных цветах. Но то, что обязательно должно быть в этом сезоне, так это бридинг- традиционная индейская техника плетения кожи. Это чертовски сложно воплотить в жизнь! Некоторые пары обуви требуют целого дня ручной работы. Поклонники Фри Ланс становятся настоящими коллекционерами!

Ситизен Кей Интернешнл, зима 2005.









Ротюро


Эппл Шуз

Благодаря шести брендам , среди которых Фри Ланс и Жан-Батист Ротюро, Ги и Ивон Ротюро создали свой собственный стиль: нонконформистскую элегантность. Им удалось собрать воедино все то, что может принести успех: нововведения, высочайшее качество материалов и изготовление, а также небывалая смесь комфорта и элегантности. Встреча в ля Гобретери – фамильном владении Ротюро

На западе Франции, в Вандее, в городке с численностью в 2500 жителей размещается владение семьи Ротюро. Ля Гобретери владение родителей, дедов и прадедов современных владельцев - Ги и Ивона Ротюро. Оно скрывает в себе настоящее техническое умение. Ги и Ивон являются продуктом настоящей семейной традиции обувщиков с 1870 года. В 1947 благодаря импульсивному порыву Жозефа (отца) предприятие стало выпускать классическую мужскую обувь, преодолев уровень простого ремесла.
В 1970 году, Ги и Ивон внедряют новое предприятие известное во Франции под именем E.R.G. (Предприятие Ротюро Гобретери) с оборотом в 200тысяч евро. Они решают создать сильные марки и ввести новое направление в моде на обувь. Однако недостаточно носить классическую обувь созданную их прадедом, чтобы выглядеть элегантным. Братья Ротюро сумели придать вес и обоснованность безудержному и в тоже время четко контролируемому творению. Дизайн за пределами всяких условностей, которые в свою очередь демонстрируют кропотливую работу и высокое качество.
В их активе 6 марок созданных в течении 26 лет: Pomme d’ Api (1975) Free- Lance (1981), No Name (1993), Jean- Baptiste Rautueau (1996), Schmoove (2001). Также они создают марку Etnies (1986) перепроданную США(1996) и ставшей лидером на рынке спортивной обуви для скейтеров.
Сегодня Ротюро Apple Shoes является хорошо продуманным предприятием. Со штатом в 140 человек в ля Гобретери, со стами человек работающими в сети бутиков, двумя заводами в Тунисе со штатом в 150 человек и подрядами в Азии. Оборот этого предприятия составляет 38 миллионов евро. Линии обуви люкс Фри- Ланс и обуви от кутюр Жан- Батист Ротюро выпускаются в ля Гобретери. У Ги и Ивона имеется опыт, зрелость и время для того, чтобы захватить новые веяния века.



Какова философия вашего предприятия?
Ивон: Мы отстаиваем тот факт, что мы настоящие сапожники. Многие марки довольствуются тем, что рисуют и наклеивают свой лейбл на обувь. Они ее не выпускают. Мы являемся домиком обуви От-шу- кутюр. Я всегда использую это слово от «Шутюр» по отношению к высокой моде. Конечно здесь, в Ля Гобретери, находится небольшая промышленность, мы выпускаем небольшие партии обуви. 100% для Фри-Ланс и 50% для Жан-Батист Ротюро, клиентами которых являются люди с ультра утонченным вкусом, среди которых такие люди как Элтон Джон, Робин Вильямс или Шэрон Стоун…
Ги: Сегодня люди покупают вещи или обувь в зависимости от марки и имиджа. У нас же есть настоящая история, начавшаяся в 1970 году с нашего прадеда. В какой то мере мы попали в это дело когда были еще маленькими, с разным, у каждого из нас, образованием. И мы ставим на первое место техническое умение. Это настоящая работа над созданием обуви, мы ни за кем не повторяем. Кстати, некоторые знаменитые марки делают свое состояние за счёт модельеров. По меньшей мере, из вежливости нужно было бы взять номер телефона модельера и попросить разрешение до того как присвоить его идеи. С каждой новой коллекцией мы рискуем получить инфаркт. Именно поэтому у нас большая семья и все люди, работающие с нами немного наши дети.

Ивон: Мы покупаем кожу в Тоскане, где телят забивают за 3 месяца и 30 дней, до того как мы покупаем кожу. Затем кожу обрабатывают в Австрии, где у реки вода высшего качества. В общем, это отдельная история.

Где вы черпаете вдохновение?
Оно варьируется. Это могут быть 30-50 годы для той или иной подошвы, это, что касается ее разработки. А также журналы для художественного вдохновения…

Что в современной Франции, по вашему мнению, является действительно трудным для будущего?
Ги: Трудность в том, чтобы поддерживать передачу знаний и умений. Обучение молодых подразумевает под собой «тренировку». В Случае с Жульеном, обучение проходит также хорошо на заводе, как и во время обычного образовательного процесса: знание конкуренции позволит ему сформировать свое мнение, расширит сознание. Он, как и все остальные должны проникнуться культурой Ротюро, чтобы создавать обувь от Ротюро.

Ваше конструкторское бюро является настоящим храмом обуви…
Ивон: Конечно же, это работа всей команды. Все наши марки уникальны в своей специфичности. У всех есть свое конструкторское бюро, свои архивы, свой набор лекал, свои рисунки, свои модельеры, подошвы, каблуки, кожа… Но в тоже время они преуспевают только в совместной работе команды, которая начинается с того, что все марки изготавливаются на одном заводе. В результате, именно это составляет успех хорошего конструкторского бюро.


Ги: Это заложено в нашем ДНК: изначально Пом д’Апи, марка, с которой мы начинали, выпускала сабо, нестандартный продукт. Однако, мы предпочитаем несвязному дебошу создание успешных моделей. Я всегда начинаю с создания формы обуви. Считаю, что рисунок не нужен. Мы - маргиналы, вымирающий вид, и мы это культивируем. Однако, это не исключает базовых моделей наших коллекций, таких как «Ботинок Кюре», названной так нашим другом Лораном Буайе.

В коллекции марки Ротюро Эппл Шуз ведется большая работа над формой обуви, не так ли?
Ги: Мы заметили преобладание коротких форм обуви для мужчин (как и для женщин), скажем полуботинки. Или, скажем по другую сторону Альп, особо удлиненные формы. Мы придумали свой стиль, французский, на сегодняшний день мульти этнический (многонациональный). Это наша специфика. Для всякой новой модели средства ноу-хау проявляются в основном на рисунке. Наши образцы и коллекции нарисованы на картоне и сделаны вручную. Потом, по производственным причинам, в процесс вступает автоматическая обработка информации, так как мы живем в индустриальной эпохе. Однако такие программы как 3D не так развиты, как многие хотели бы думать: компьютер не учитывает то, что кожа имеет свойство растягиваться.

Не смотря на дизайн и на красоту вещей, вы создаете, продаете настоящее искусство жизни…
Ги: В противоположность большому количеству известных марок мы выпускаем только обувь. Мы знаем свою работу и стараемся делать ее хорошо. У нас есть клиенты, влюбленные в обувь. Когда люди покупают обувь у марок, пропагандирующих идею «Я богат», они по настоящему не увлечены обувью. Носить обувь Ротюро не значит служить рекламной вывеской. Нужно время для того, чтобы понять требования Жана-Батиста Ротюро. А это, значит, рассказать историю, впитать искусство жизни, обладать и развивать дело, умения…Кожа-это материал поверхностной чувственности. Такое искусство жить схоже со страстью к делу, которое вот вот исчезнет. Человек Ротюро жаждет этических и общечеловеческих ценностей. Он не подчиняется диктату пропаганды демократизации роскоши. Он плывет против течения и сознает это. Все члены нашей команды набраны, вовлечены и как большая семья рожают каждую новую коллекцию.

Ивон: Во время создания коллекции, здесь полное сумасшествие. Мы задаемся многими вопросами: «Правильно ли мы выбрали направление? Примут ли это наши клиенты? А покупатели последуют ли за нами?» Вандея – это первая значимая земля по количеству рабочей силы. Нам повезло иметь дело с работниками высокого класса. Конечно же, мы подаем пример: если бы мы проводили время, играя в гольф или развлекаясь с девочками в Париже, у рабочих не было бы стимула к работе.

Что вы думаете по поводу сложившейся ситуации в Романс?
Ивон: Почему Келиан и Журдан закрылись, несмотря на талантливых арт-директоров? Потому что их руководители оказались ненадежными. Они развернули волшебные маркетинговые планы, прикрываясь творениями своих домов, и это все что они смогли сделать в Романс. Все таки Роббер Клережери выкупил свое дело.

Ги: Нет тайны в том, что нужно работать нон стоп 24часа из 24 как сумасшедшие, чтобы добиться успеха в этом деле. Это настоящий и бесконечный марафон.

Почему отдельные дизайнеры не всегда добивается успеха?
Ги: Потому что они не всегда умеют делать всё. У них много хороших идей. Их ждут как спасения, в частности в Романс. Мы подчеркиваем, что в такой работе нужно идти до конца. Она поглощает целиком и полностью. Невозможно предположить, что в понедельник я делаю коллекцию одежды, а во вторник я собираюсь делать коллекцию мебели…

Ивон: Обувь, как часы. Смешно и опасно эксплуатировать имя. Нужно оставаться в рамках своих способностей, законности и желания. Мы отказались выпускать одежду под маркой Пом д’Апи, хотя могли бы заработать на этом большие деньги. Но мы не захотели этого делать, потому что просто не умеем. Тоже самое с одеждой под маркой Фри Ланс.

В чем секрет вашей свободы?
Ги: В самой работе, тот факт, что мы совершенно независимы в производственной цепи, так как у нас есть всё необходимое оборудование для выпуска нашей обуви. Также я думаю, что в укорененной культуре нашего производства - начинать и смотреть, два основных ее понятия. Необходимо, чтобы все было на виду. Именно поэтому у нас всегда перед глазами архивы, модели, лекало и материалы. Это наша свобода! Также необходимо следить за рынком. Важно, не торопясь сесть в каком-нибудь магазине и понаблюдать за тем, что там происходит.


Как проистекают дела с этими марками заграницей?
Ивон: Наши марки представлены во всем мире. Мы экспортируем обувь насумму равную 50% от годового оборота, а это приблизительно на 8 миллионов евро. Но также как и во Франции, мы не будем продавать свою обувь тем, о ком мы ничего не знаем. До того как начать работать с Joyce в Гон Конге, мы знали о них 7лет. У нас очень большая клиентура в Японии в роскошных магазинах, благодаря одной японской компании, занимающейся распространением товара. А требовательные клиенты заставляют нас развиваться.

Ккогда уже существует предприятие, хорошо работающее, можно ли вкладывать деньги в другие марки во Франции?
Ивон: Вот уже 30 лет с тех пор как мы открыли Пом д‘Апи и Жан-Батист. Оказалось, что Пом д‘Апи получило успех, именно это позволило нам развиваться на солидной основе Жан-Батиста Ротюро. Иметь несколько марок одновременно позволяет создавать больше, развивать работу с материалами. Мы, кто работает с экзотическими материалами, знаем, что исходный материал стоит очень дорого.
Владение несколькими марками также позволяет улучшить рентабельность вложений. Со временем, мы аккумулировали ноу-хау, документацию, основные данные, опыт. За эти 30 лет мы стали лучше, как спортсмен, которому необходимы тренировки.

Тема Китая…
Ивон: Мы не выпускаем китайское барахло, потому что мы предлагаем представительный и красивый товар. Качество, а не цена является критерием предпочтения. Мы хотим удивлять с каждой новой коллекцией! Так как в итоге, люди могут прекратить покупать. А почему они покупают то или иное? Точно уж не из-за новинок. Покупают из-за возникшего желания… поэтому нужно дать людям желание к переменам, желание сделать себе приятное. Мы относимся к нашим клиентам как к королям. Если возникает проблема, они могут нам написать, и мы поменяем пару…

Ги: Важно объяснить людям что они покупают. Они скажут, это дорого, да! Но нужно объяснить, почему и показать, что их не обкрадывают. Мы гордимся клиентами, у которых обувь Жан- Батист Ротюро носится 15 лет.

Ивон: Есть фраза у Андре Перугия: « Вещи созданы для того, чтобы их носить, обувь, чтобы носить нас» Обувь, которую создает Ги это красивое удовольствие, так как нога-это очень важно. Нужны качественные материалы для того чтобы нога дышала… В итоге нога это наиважнейший аксессуар. Можно носить футболку большего или меньшего размера, но обувь этого не позволит.